Ты прав был, Лес! Она уже так близко
Приблизилась по уровню к богам,
Нащупывает даже наши мысли,
Иллюзии срывает, словно листья,
Но, девонька, не все вам по клыкам.
Я не иллюзией прикрыт, а лесом.
Хотя, и сам могу их навести.
Пошел кураж, мне стало интересно,
С ней пообщаться, и без всякой лести,
Слова хвалы букетом поднести.
Но если время будет, время будет.
Ты думай так, я буду думать так.
Сейчас она Гордиев узел рубит,
Паук про управление забудет,
Приятно, хотя, вроде, и пустяк!
А я еще ей подкачаю силы,
Вернее - ты, Лес, той, что ей нужна,
Лезть, сдуру, на рожон НАВЬ не учила,
Побуду на поддержке темно-крылой,
Меня же внутрь впусти того ствола.
Мимикрия, и знание основы,
Без колдовства, сама собою чудо.
У Светлых интерес здесь нездоровый,
Паук из темных, тоже тип толковый,
Еще немного в стороне побуду.
-А что такое зов? Как у меня,
Или у вас, людей, все по другому?-
-Не усложняя, суть его проста,
Есть симулятор, в нем можно всегда,
Создать реальность жизни для любого.
Представь себе... Вот это он и есть,
Хоть вымышленный мир, или мгновение,
Там виртуально битвы, Слава, Честь,
Богат и крут - подхалимаж и лесть,
В любви получишь удовлетворение.
А можно шаг за шагом просчитать,
Процесс, последствия, или работу,
О чем угодно грезить и мечтать,
Летать, крушить, сквозь время проникать,
Там заблудившись позабыть, до смерти, кто ты.
Из вне, им, тоже можно управлять,
Как путникам ты сам глаза отводишь,
Но управляемого лучше знать,
Или, хотя бы в общем понимать,
И в виртуальном мире его водишь.
А если мастер, то создашь сюжет,
Ничем не отличимую реальность,
Как видишь метод прост, и прост ответ.
Наш мир, людей, так водят много лет,
Сплетя реальность в нем и виртуальность.
Одним дают Богов, другим Армагедон,
Тем тайны пирамид и лабиринтов,
Четвертым космос и сраженья в нем,
Любых фантазий жесткий лохотрон,
Для полу сна, или для полу жизни.
(НАВ)
__________________________________
6.2 ГОРЕЧЬ ПОЛЫНИ.
***GVET***
Почувствовав, как распрямились плечи,
Как мощная, упругая струя
Какой-то Силы, вперемежку с речью,
Прошла насквозь и, словно, встала Я
Не на ноги, отнюдь, намного выше,
Вернув способность видеть вглубь и вширь,
Как будто, стоя на огромной крыше,
Ты слышишь, видишь необъятный мир...
Деревья, шелестя густой листвою,
До слуха доносили странный звук...
Тут снова Эльфы... Как тут быть покою?
Они всегда приносят столько мук...
И в памяти опять - сюжеты, лица...
И боль такая, хоть рыдай навзрыд..
"О, сколько же терпеть тебе, девица,
В Бессмертии безумном предстоит..."-
Сказала Интуиция тревожно,
Но Я ее внезапно прервала,
И к дереву большому осторожно,
На цыпочках, как будто, подошла..
Раскинув руки, обняла, прижалась
К огромному, могучему стволу.
Утихла боль немного, но осталась:
Сунь хворост в неостывшую золу -
Он вспыхнет снова с огненной силой,
И разнесется по округе жар..
И смертоносным может стать Ярило,
Когда не греет, а несет пожар.
Взгляд привлекла дымящаяся сопка.
И стройный хор эльфийских голосов
Из гущи леса приближался робко,
Разрозненны... Но слышится в них ЗОВ.
А Я ищу глазами, но не вижу
Того, кто где-то издает свой стон,
Того, кто в страшном лихолетье выжил,
Но Мороком эльфийскими был пленен..
***
Ну что ж ты бьешься раненою птицей,
В силки попавшей.. В небо не взлететь..
От этой боли не освободиться.
Ее не сможет уничтожить смерть,
Которая еще прочнее свяжет
Все то, что в связке.
Пришлое уйдет.
Но даже если карта ровно ляжет,
Воспоминанья память не сотрет.
И нам придется снова, круг за кругом,
Идти вперед, теряя, находить,
Тех, кто врагами раньше был, и другом,
Тех, кто учил нас верить и любить,
Кто нам давал отравленное пойло,
Кто наши раны рьяно исцелял,
Кто сокрушал и рушил, но достойно,
Кто молча ждал, кто свято предавал,
Кто вместо сердца загонял под ребра
Осколки льда, кинжалы и гранит,
Кто извивался плавно, но как кобра
Нас жалил так, что до сих пор болит,
Кто нам прощал жестокие ошибки,
Кто за проступки вешал и казнил,
Кто посылал прощальные улыбки
Когда вставали из последних сил..
Так суждено. Не нами путь заказан.
Хоть говорят, что можно выбирать..
В пределах клетки можно. Но ни разу
Не удалось рожденье поменять
И в прошлое вернуться из сегодня.
Чтоб что-то там подправить иль стереть,
Не корчась в казематах преисподни,
Чье пламя и в грядущем будет тлеть.
Так что ж теперь, стать овощем на блюде?
Иль танцевать, дай руку, на углях!
Не забывай того, что мы не люди,
И прочь гони сомнения и страх.
Держу ладонь свою открытой к небу
Тебе во мгле прокладывая путь.
И донести пытаюсь, где бы не был
Всю горечь слов и скрытую в них суть.
***
Мне, в принципе, плевать на Судьбы мира,
Во Мне со Светом - порождение Тьмы.
Мой слух обласкан Сказками и Лирой,
Той, что "взрывает" здравые умы.
Я не пекусь о бедствиях народов.
Эгоистична Тварь -такой ей быть,
И черпать силы у самой Природы,
"Здесь и сейчас" живу и буду жить
В тени ли, может быть, во Мгле, при свете,
Но только рядом с блеском близких глаз..
Не понимаете? Так на слово поверьте.
А Я продолжу позже свой рассказ...
Мы кружимся во тьме, листая годы,
Чтоб истины испить полынный вкус.
Но в рамках человеческой природы,
Как оценить что горе, что невзгоды,
А что небес связующая нить.
Души порывы кинув на заклание,
Мы естества превозносили зов.
Мы алчности внимая со вниманием,
Меняем честь и совесть на признание
Толпы безликой, растоптав любовь.
Что нам до судеб, *вздёрнутых* напрасно,
В угоду призрачных амбиций суеты.
Мы ждём оваций зрителей:- но ясно,
Злой монстр равнодушья ежечасно,
К душе отверженной сжигает все мосты…
Внимая в исступлении пророчествам,
Увидеть замысел пытаемся небес.
Но прокляты за чванство одиночеством,
Ведь заповедям следовать не хочется,
Лелея свой *козырный* интерес…
* * *
Валерий знал, нет, чувствовал подкожно
Тяжёлый взгляд, но к встрече был готов.
После подсказки эльфов, осторожность
Была не лишней, меч достав из ножен,
Он слушал шорох приближавшихся шагов.
И хоть сознание не чуяло угрозы,
Разум людской ищет подвох везде.
Кто знает, что таят метаморфозы,
В чужих мирах, враждебны даже грозы,
А новички подвержены беде.
Он уловил флюиды тела раньше,
Чем мозг картинку в мозг успел послать.
В изображенье скудном столько фальши,
Что суть размыта, как решить, что дальше,
Но озарение пришло опять…
Как зверь, вдыхая незнакомый запах,
Читал информационный он поток.
И чувствовал тревогу, но не страхи,
Неторопливо, меч, степенно спрятал,
И…резко обернулся на восток.
Средь крон деревьев силуэт заметил,
Что невзначай попал под блеск луны.
Я вижу вас и мне нужны ответы,
Валерий молвил, к чему прятки эти,
Коль судеб волею, мы встретиться должны.
Походкой грациозной, дикой кошки,
Она предстала в лунном серебре.
Ну да она, ошибка не возможна,
С досадой вспомнил, допустил оплошность,
Не разглядев её в прошедшем сне.
Он в полдень, прикорнул в тени дубравы,
Благоухание сморило лесных трав.
И мимолётный облик лесной павы,
Проник сквозь сновидения оправу,
Строптивой незнакомкою представ.
Породы человеческой коварство,
Мы в грёзах вожделеем естество.
Не осознав, с каких миров, пространства,
Мираж к нам послан, суть непостоянства,
Для бренной плоти в том заключено.
И он томимый вспыхнувшим желанием,
Отверг наметившийся диалог.
Мираж, воспринимая подсознанием,
Не придал ему должного внимания,
Не ведая:- в том кроется подвох.
* * *
Мы подчиняем сновиденья разуму,
Но право дело, как мы не правы.
Полёт души стучится раз за разом к нам,
Рассеивая мороки заразные,
Чтоб подсказать нам правила игры…
* * *
Неловкость ощущая, он в смятении,
Потупив очи, вымолвил:
-Привет.
Простите, что знакомство не ко времени..
Валерий. - он представился в волнении,
Разглядывая женский силуэт…
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
В Австралии на улицах Сиднея (стих Веры Кушнир) - Надежда Горбатюк Несколько лет назад в баптистской церкви в Кристал Паллас на юге Лондона подходило к концу утреннее воскресное служение. В это время в конце зала встал незнакомец, поднял руку и сказал: «Извините, пастор, могу я поделиться небольшим свидетельством?» Пастор взглянул на часы и ответил: «У вас есть три минуты.» Незнакомец сказал: «Я лишь недавно переехал в этот район, я раньше жил в другой части Лондона. Сам я из Сиднея, Австралия. И несколько месяцев назад я навещал родственников и прогуливался по Джордж Стрит. Это - улица в Сиднее, которая пролегает от бизнес кварталов до Рокса. И странный седовласый мужичок вышел из магазина, сунул мне в руку брошюру и сказал: «Извините меня, сэр, вы спасены? Если бы вы умерли сегодня, пошли бы вы на Небеса?». Я был потрясен этими словами. Никто мне никогда этого не говорил. Я вежливо поблагодарил его и всю дорогу в самолете до Хитроу я был озадачен этим. Я позвонил другу, который жил неподалеку от моего нового места жительства, и, слава Богу, он оказался христианином. Он привел меня ко Христу. Я - христианин и хочу присоединиться к вашему собранию.» Церкви обожают такие свидетельства. Все аплодировали, приветствуя его в собрании.
Тот баптистский пастор полетел в Аделаиду в Австралии на следующей неделе. И десять дней спустя посреди трехдневной серии собраний в баптистской церкви в Аделаиде к нему подошла женщина за консультацией. Он хотел удостовериться в каком положении она находится перед Христом. Она ответила: «Я раньше жила в Сиднее. И всего пару месяцев назад я посещала друзей в Сиднее, и в последние минуты делала покупки на Джордж Стрит, и странный небольшого роста седовласый старичок вышел из дверей магазина, подарил мне брошюру и сказал: «Извините меня, мадам, вы спасены? Если бы вы умерли сегодня, вы бы пошли на небеса?» Меня взволновали эти слова. Вернувшись в Аделаиду, я знала, что в квартале от меня находится эта баптистская церковь, я разыскала пастора, и он привел меня ко Христу. Так что, сэр, я христианка.» На этот раз этот лондонский пастор был очень озадачен. Уже дважды за две недели он услышал одно и то же свидетельство.
Затем он полетел проповедовать в баптистскую церковь Маунт Плезант в Перте. И когда его серия семинаров подошла к концу, пожилой старейшина церкви повел его обедать. Пастор спросил: «Старина, как ты получил спасение?» Он ответил: «Я пришел в эту церковь в пятнадцать лет через Бригаду Мальчиков. Но я никогда не посвящал себя Иисусу, просто запрыгнул в фургон вместе со всеми. Из-за своей деловой хватки я достиг влиятельного положения. Три года назад я был в деловой поездке в Сиднее, и надоедливый несносный старичок вышел из дверей магазина, дал мне религиозный трактат (дешевая макулатура!) и пристал ко мне с вопросом: «Извините меня, сэр, вы спасены? Если бы вы умерли сегодня, вы бы пошли на небеса?» Я пытался сказать ему, что я баптистский старейшина, но он меня не слушал. Всю дорогу домой до Петра я кипел от злости. Я рассказал это пастору, думая, что он поддержит меня, а мой пастор согласился с ним. Он годами волновался, зная, что у меня нет взаимоотношений с Иисусом, и он был прав. Таким образом, мой пастор привел меня к Иисусу всего три года назад».
Лондонский проповедник прилетел обратно в Великобританию и выступал на Кессекском съезде в округе Лэйк и рассказал эти три свидетельства. По окончании его семинара четыре пожилых пастора подошли и сказали: «Кто-то из нас получил спасение 25, кто-то 35 лет назад через того же мужчину небольшого роста, который дал нам трактат и задал тот вопрос».
Затем на следующей неделе он полетел на подобный Кессекский съезд миссионеров на Карибах и поделился этими свидетельствами. В заключении его семинара три миссионера подошли и сказали: «Мы спаслись 15 и 25 лет назад через тот же вопрос того невысокого мужчины на Джордж Стрит в Сиднее.»
Возвращаясь в Лондон, он остановился в пригороде Атланты Джорджия, чтобы выступить на конференции корабельных капелланов. Когда подошли к концу три дня, в течение которых он поджигал тысячи корабельных капелланов для завоевания душ, главный капеллан повел его на обед. И пастор спросил: «Как вы стали христианином?» Тот ответил: «Это было чудо! Я был рядовым на военном корабле Соединенных Штатов и жил распутной жизнью. Мы проводили учения на юге Тихого океана и пополняли запасы в доке Сиднейского порта. Мы с лихвой оторвались в Кингз-Кросс, я был пьян в стельку, сел не на тот автобус и сошел на Джордж Стрит. Когда я вышел из автобуса, я подумал, что вижу приведение: пожилой седовласый мужичок выскочил передо мной, всунул мне в руку брошюру и сказал: «Матрос, вы спасены? Если бы вы умерли сегодня, вы бы пошли на Небеса?» Страх Божий обрушился на меня тут же. От шока я протрезвел и побежал обратно на корабль, разыскал капеллана, который привел меня ко Христу, и я вскоре начал готовиться для служения под его руководством. И вот под моим руководством сейчас свыше тысячи капелланов и мы сегодня помешаны на завоевании душ.»
Шесть месяцев спустя этот лондонский проповедник полетел на съезд 5000 индийских миссионеров в отдаленном уголке северо-восточной Индии. Человек, отвечавший за съезд, скромный нерослый мужчина, повел его к себе на незатейливый обед. Проповедник спросил: «Как вы, будучи индусом, пришли ко Христу?» Тот ответил: «Я находился на очень привилегированной должности, работал в индийской дипломатической миссии и путешествовал по миру. Я так рад прощению Христа и тому, что Его кровь покрыла мои грехи. Мне было бы очень стыдно, если бы люди знали, в чем я был замешан. Одна дипломатическая поездка занесла меня в Сидней. Перед самым отъездом я делал покупки, и, обвешанный пакетами с игрушками и одеждой для моих детей, я шел по Джордж Стрит. Обходительный седовласый мужичок вышел передо мной, предложил мне брошюру и сказал: «Извините меня, сэр, вы спасены? Если бы вы умерли сегодня, вы бы пошли на Небеса?» Я поблагодарил его, но это взволновало меня. Я вернулся в свой город и нашел индусского священника, но он не мог мне помочь, зато он дал мне совет: «Просто чтобы удовлетворить свое любопытство, пойди и поговори с миссионером в миссионерском доме в конце улицы». Это был судьбоносный совет, потому что в тот день миссионер привел меня ко Христу. Я немедленно бросил индуизм и начал учиться для служения. Я оставил дипломатическую службу, и вот я, по благодати Божьей, руковожу всеми этими миссионерами, и мы завоевываем сотни тысяч людей для Христа».
Наконец, восемь месяцев спустя, баптистский пастор Кристал Палас служил в Сиднее, в его южном пригороде Гаймейр. Он спросил баптистского служителя: «Знаете ли вы невысокого пожилого мужчину, который свидетельствует и раздает трактаты на Джордж Стрит?» Он ответил: «Знаю, его зовут мистер Генор, но я не думаю, что он все еще этим занимается, он слишком слаб и стар.» Проповедник сказал: «Я хочу с ним встретиться.»
Два вечера спустя они подошли к небольшой квартирке и постучались. Невысокий, хрупкий мужчина открыл дверь. Он усадил их и заварил чай, но был на столько слаб, что из-за дрожания расплескивал чай на блюдце. Лондонский проповедник поведал ему все истории, произошедшие за последние три года. Слезы текли по глазам невысокого старичка. Он сказал: «Моя история такова: я был рядовым матросом на австралийском военном корабле и вел распутную жизнь, но в моей жизни наступил кризис, я на самом деле зашел в тупик. Один из моих коллег, чью жизнь я буквально превращал в ад, оказался рядом, чтобы помочь мне. Он привел меня к Иисусу, и за сутки моя жизнь перевернулась, ночь превратилась в день, я был так благодарен Богу! Я обещал Ему, что буду делиться Иисусом в простом свидетельстве по меньшей мере с десятью людьми в день, как Бог будет давать мне силу. Иногда я был болен и не мог этого делать, но тогда в другие разы я наверстывал. Я не был параноиком в этом, но я делал это свыше сорока лет, а когда я вышел на пенсию, самым лучшим местом была Джордж Стрит – там были сотни людей. Я получал множество отказов, но многие люди вежливо брали трактаты. Сорок лет занимаясь этим, я до сегожняшнего дня ни разу не слышал об обращении хоть одного человека к Иисусу.»
Я бы сказал, что это точно посвящение. Это должна быть чистая благодарность и любовь к Иисусу, чтобы делать это, не слыша ни о каких результатах. Моя жена Маргарита сделала небольшой подсчет. Этот, не обладавший харизмой баптистский мужичок, повлиял на 146100 человек. И я верю, что то, что Бог показывал тому баптистскому проповеднику, было лишь самой верхушкой верхушки айсберга. Только Бог знает, сколько еще людей было приведено ко Христу.
Мистер Генор умер две недели спустя. Можете ли вы себе представить, за какой наградой он пошел домой на небеса? Я сомневаюсь, что его портрет мог бы когда-нибудь появиться в журнале Харизма. Вряд ли бы о нем когда-нибудь появилась похвальная статья с фотографией в журнале Билли Грэма «Решение», какими бы прекрасными ни были эти журналы. Никто, за исключением небольшой группы баптистов на юге Сиднея, не знал о мистере Геноре. Но я скажу вам - его имя было знаменито на Небесах. Небеса знали мистера Генора, и вы можете себе представить приветствия и красную ковровую дорожку и фанфары, которые встретили его дома!
